Санкт-Петербург 1845 год
24 июня 14:15

         На небольшом мраморном балкончике второго этажа дома номер 7, просматривая свои записи, сидел граф Винтерколд. За все то время, что прошло с начала интриги против царского режима, их небольшой коллектив, медленно, но планомерно начал достигать успехов в своем деле. При сотрудничестве с Краевским и его журналом новым декабристам удалось наладить распространение агитационных материалов, подрывающих авторитет власти. Андрей Александрович, правда после долгих уговоров и спонсирования его журнала крупной суммой, выделил в помощь Разуменскому нескольких начинающих писателей, дабы увеличить количество выпускаемой литературы с их идеями. Однако, теперь на плечи Сергея легли не только писательские обязанности, но и контроль и проверка работ этих новых писателей, вследствие чего он практически поселился в здании журнала, в одном из предоставленных ему и его команде кабинете. Но создание и распространение одной лишь беллетристики недостаточно. Поэтому самолично графом была организованна сеть распространителей, состоящая из приближенных Винтерколду людей и находящихся в прямом его подчинении, что занимались посещением различных ночлежек, публичных домов, баров, бедных и рабочих районов, где распространяли идеи начинающих революционеров и всячески помогали нуждающимся. Подобным занимались и Григорий с Александром, что посещали места, где собирались военнослужащие и средний чиновничьей класс для сбора информации и отбора тех, кто мог бы сослужить их делу службу. На плечи Евгения и самого Эдмонда легли финансово организационные вопросы. Собственно просмотром отчетов и расчетами граф, в данный момент и занимался.
         В кои-то веки на улице была приятная погода. Графу совершенно не нравилось постоянно пребывать в своем номере в гостинице, где он жил в течении всего своего нахождения в России. Поэтому он старался как можно чаще посещать дом Евгения, ставшего их импровизированным штабом. Но и слишком длительное нахождение в нем навивало не самые радостные и приятные мысли, что усугублялось не только характером владельца дома и столь переменной погодой снаружи.
 Сейчас на улице ярко светило солнце, дул приятный прохладный ветерок, доносящий слабые запахи Невы и цветущего под балконом плюща. Все это навевало ему воспоминания о его родине-Марселе и молодости. Он вспоминал свою работу на Фараоне, первую любовь, заключение в замке посреди моря, старого аббата. Перед его глазами вновь представали призрачные образы всех тех, кто встретился ему на его пути. Друзья, родные, бывшие враги. Гайде. Ее испуганное лицо, с глазами, полными слез в тот роковой момент, когда ее забрали у него. Если бы кто-то в этот момент увидел бы лицо графа, то вместо доброго, предающегося приятным воспоминаниям лица с глазами, смотрящими в неведомые дали, он увидел бы лицо со звериным оскалом и глазами, переполненными горечью и гневом. Лицо, что жаждет мести.
         От уже переставших быть приятными воспоминаний Винтерколда отвлекли две фигуры, идущие в сторону дома с разных краев улицы. Одной из них была служанка Евгения, что шла с двумя сумками с местного рынка. Граф не очень хорошо знал историю и отношение к прислуге в этой стране, но из того, что ему успели поведать Александр и Евгений у него сложилось определенное отношение к этой девушке. В его глазах она была словно ребенок, которого все сторонились из-за какой-то надуманной мелочи, и которая сама боялась с кем-нибудь сблизиться. Хоть внешне она и выглядела слегка жутковато и загадочно, но Винтерколд знал, что внутри она крайне добрая, трудолюбивая и сильная личность, с которой многим даже стоило бы брать пример. Иногда он даже ловил себя на том, что между ней и Гайде, при иных обстоятельствах, могла бы сложиться хорошая дружба.
         Отведя взгляд от подходящей к дому девушки, он стал рассматривать вторую фигуру, оказавшуюся Александром. Вся эта идея с привлечением цирковых артистов в их план Александру совершенно не нравилась. По его мнению, артисты-это люди ненадежные, продажные. Их легко подкупить и также легко перекупить. Стоит лишь им почуять запах гари в их сторону, как их уже и след исчезнет. Единственное, с чем он согласился с Винтерколдом, что такое внушительное по размаху и важности представление может стать хорошим шансом для их движения заявить о себе во все услышанье. Сейчас Александр как раз должен был доложить графу о результатах его переговоров с труппой и обсудить с ним ряд моментов подготовки к выполнению их условий в случае провала их идеи с представлением.
         Когда уже граф собирался вернуться к просмотру документов в своих руках, он интуитивно почувствовал, что что-то не так. Он быстро пробежался глазами по окнам выходящих на улицу домов, их крышам и самой улице, но ничего странного не увидел. Когда он снова перевел взгляд в сторону идущего в сторону дома Чацкого, он понял причину своего беспокойства. Его, шагах в 30-40, прячась в тенях и углах, преследовала чья-то фигура. Со стороны могло показаться, что это просто случайный прохожий, что шел по своим делам, но его интерес к Александру выдавало полное отсутствие других людей на улице и старание быть как можно менее заметным. Поскольку до дома Александру, а, следовательно, и преследователю, оставалось всего ничего граф решил действовать безотлагательно и решительно.
         Положив бумаги под стул, чтобы их не сдуло ветром, он, схватившись за перила, перепрыгнул через них и ухватился за лозы, что росли по всей стене дома, и начал быстрыми и резкими движениями спускаться по ним. Увидев спрыгнувшего со второго этажа графа, служанка, что и без того всегда молчала, окончательно лишилась дара речи и с удивленными глазами наблюдала, как граф, со скоростью, свойственной молодому мальчишке, за пару секунд преодолел расстояние между вторым этажом и лужайкой, лишь слегка оцарапав руки в процессе спуска. Жестом показав ей, чтобы она вела себя тихо и следовала за ним к стене, что отделяла часть улицы от лужайки возле дома, он, пройдя к другому краю стены и свернув в небольшой проулок между стеной и соседним домом, мимо которого только что прошел Александр, стал выжидать.
Прошла минута. Другая. И вот неизвестный проходит возле того места, где хищник уже поджидал свою добычу. Одним резким движением он выныривает из тени переулка и точным ударом вырубает преследователя, чье потерявшее сознание тело падает ему в руки. Взяв его на руки, он быстро направляется ко входу в дом, пока за ним, подобрав шляпу и трость неизвестного, направляется служанка. Увидев брошенные возле входа сумки с едой, а затем и подоспевшего с человеком на руках Винтерколда и слепую служанку Александр, узнав в неизвестном Актера и быстро поняв, что к чему, молча схватил сумки и открыл входные двери. Только что на них свалилась новая проблема.